Предчувствие антропологической катастрофы в «Записках сумасшедшего» Н. В. Гоголя

Повесть русского писателя Н. В. Гоголя «Записки сумасшедшего» (1834) — одно из наиболее известных философских сочинений автора. Произведение Н. В. Гоголя осмысливается в контексте диалоговой концепции культуры М. М. Бахтина, которая предполагает возможность «превосхождения» текстом своего автора, а также возможность гениальных авторских прозрений. В образе героя повести Аксентия Ивановича Поприщина находит отражение предчувствие «антропологической катастрофы» (М. Мамардашвили). Ее признаки Гоголь удивительно точно воплотил в художественном образе гораздо раньше, чем она была осмыслена с помощью категориального аппарата философии. Чем дальше читатель погружается в сознание героя, тем очевиднее для него становится онтологическое одиночество человека, воплощенное в безумии «брошенного в мир» (М. Хайдеггер) героя. В поисках выхода за пределы ограниченности, конечности человека Гоголь идет тем же путем, который обозначит Э. Кассирер, оппонирующий М. Хайдеггеру, — в осмысленное бытие культурных форм. Предчувствуя опасность антропологической катастрофы, Гоголь через своего героя предлагает человеку найти основания для собственного существования в жертвенном служении и в молитве (вере). В мире иллюзий (в «безумии от недумания») жертва, страдание — путь возвращения к реальности, невозможный без чувства Родины. В этом смысле актуальным оказывается вопрос о национальном характере прозы Гоголя. В языке и образном строе произведения писатель находит способ показать универсальное в национальном, так как подлинный патриотизм предполагает интуитивное стремление к универсализму, к преодолению национальной замкнутости и ограниченности.